life
Человеку, живущему долго, нужны задачи бессмертного масштаба. И это социальный вызов для культуры, науки и бизнеса.

Совсем недавно я прочел книгу. В моем вольном переводе она называется «Девять шагов к успешному бессмертию». Книга известного американского футуролога, а по совместительству технического директора в области машинного обучения Google Рэймонда Курцвайля. В ней он рассказывает о теории «сингулярности» — глобальном техническом прорыве, благодаря которому уровень развития искусственного интеллекта и технологий позволит реализовать сценарий саги «Терминатор». Или же даровать человечеству бессмертие.

Если в период расцвета Римской империи средняя продолжительность жизни едва дотягивала до тридцати трех лет, а в средние века еще более сократилась, то за последние двести лет в благополучном мире родилась концепция «второй молодости», когда в современном обществе после сорока лет появляется новый прилив сил и идей, и организм, чуть потрепанный кризисом среднего возраста, начинает новое «большое путешествие». Дерево посажено, дом построен, сын растет и радует. Остается энергия для того, чтобы начать новое дело, запустить фантастический стартап или начать новую жизнь. Не зря же родилась пословица «Седина в бороду, бес в ребро».

Если мы посмотрим на структуру мирового бизнес-сообщества, то увидим, что самые яркие предприниматели как раз таки молоды и совсем не напоминают классических престарелых магнатов вроде мистера Бёрнса в «Симпсонах».

И эти люди не желают стареть быстро и стремительно. Тем более, что проблему старения и бессмертия можно свести к технической задаче предотвращения естественного старения организма и обеспечения качества жизни в пожилом возрасте.

В 2009 году Элизабет Блэкберн, Кэрол Грейдер и Джек Шостак получили Нобелевскую премию по физиологии и медицине за открытие естественных ограничителей продолжительности жизни. Со временем происходят необратимые изменения, которые приводят к неспособности организма воспроизводить собственную ДНК, а значит, и создавать новые клетки. Заложенный природой ресурс нашего тела составляет примерно сто лет. Классическое здравоохранение, улучшение экологии и социального окружения не способны пробить этот барьер на пути к бессмертию.

Однако кибернетический подход к медицине и генетике позволит «перепрограммировать» клетки на лечение болезней, «исправить» ДНК и говорить о том, что техническая задача по обеспечению бессмертия решена.

Но бессмертие — это лишь половина дела. Жить вечно — это скучно.

Должен быть смысл. И эту философскую проблему общество решает уже несколько веков на примере историй о вампирах, которые видели, как проходит слава мира, и пережили все, что можно пережить.

Вот только в будущем будут не вампиры, а киборги.

Человеку, живущему долго, нужны задачи бессмертного масштаба. И это социальный вызов для культуры, науки и бизнеса. Но, скорее всего, первый ответ на реальное долголетие и бессмертие даст бизнес. Судите сами: туристическая индустрия в современном мире — ответ бизнеса на увеличившуюся продолжительность жизни и возросшие доходы среднего класса. Среднего класса, которому хочется драйва и приключений.

Сколько лет осталось до точки невозврата? Курцвайль прогнозирует прорыв в ближайшие пятнадцать лет. А пока что у нас есть время подготовиться и подумать, кем мы будем. Ведь бессмертие будет очень дорогим удовольствием, которое с одинаковым успехом может ввергнуть человечество в темную пучину мрачных веков или же вознести к новым вершинам духовного и социального развития.


Александр Кашубин, по мотивам колонки опубликованной в Экономическом Обозрении № 1 (169), 2014 год

Комментарии